«Разбитое сердце — хороший знак. Знак того, что ты хотя бы попытался кого-нибудь полюбить» (Э. Гилберт)

Частенько утешаю себя этими словами. Впрочем к чему обманывать себя? Ничего хорошего в разбитом сердце на самом деле нет. И быть не может. Ни-че-го. Я помню время, когда моё сердце ещё было целым, и хотя не могу назвать его радостным (причины на это имелись на мой взгляд вполне уважительные), всё же было в нём и что-то хорошее — планы, мечты надежды. А потом как будто рухнул весь мой мир, всё, что мне казалось важным, значимым, ценным. Я тогда явственно поняла: мне это не казалось, — со мной действительно что-то не так. Наверное я уже никогда не отделаюсь от этого ощущения собственной неполноценности. Наоборот, с годами оно растёт и усугубляется благодаря другим крупным и мелким неудачам… Так что разбитое сердце — это порой не просто одна из неудачных попыток приобщиться к чему-то прекрасному, а целая жизнь, пошедшая на слом, словно старый, обветшалый дом.