Есть много «не». Слишком много. И в этом вся суть. Я, например, не вспоминаю время от времени, а думаю каждый день, — когда мне плохо и когда хорошо, когда грустно и когда весело, когда болею и когда чувствую себя здоровой, когда придумываю себе множество дел и когда не знаю, чем себя занять, — как говорится «и в горе, и в радости». И в этом большая разница. Не пишу, — это да, но не потому, что не хочется. Просто верю в ненужность собственных слов. Уже не боюсь показаться смешной, навязчивой, нелепой. Такая и есть. Не о себе забочусь. Хотя и о себе тоже. Не хочу вызывать неприятных эмоций. Больно же будет опять мне, — мне одной. Не пытаюсь проникнуть, постичь чужие мысли. Мне бы в своей жизни как-нибудь разобраться. Не сравниваю. В том числе и себя с другими. В чём-то смирилась. Прошедшее меня больше не держит, но свободной себя не чувствую. Я забыла, отпустила, но не могу расстаться. Нельзя же распилить себя напополам и выбросить половину в помойку. Всё имеет предел. Сначала всегда умирает надежда. Потом рано или поздно уходит отчаянье. Но что-то всё же остаётся, — что-то, чему видимо ещё не придумали названия. Если бы реинкарнация не была всего лишь красивой сказкой, я бы сказала, что это тень, нить из прошлой жизни, — нечто незыблемое, неизбежное. А так приходится мыслить рационально. Начинаешь думать о мозговой деятельности и всё, что было окутано флёром таинственности и волшебства превращается в грязь животных инстинктов или помешательство, не больше. Но даже это уже не трогает. Покой и безразличие совсем не похожи. Ты как будто в другом мире находишься, — а всё, что помимо, воспринимается как сон.