Надо отдать Ирине Викторовне должное, — она всегда даёт возможность попробовать что-то новое, даже если заранее понимает, что из этого ничего не выйдет. А я очень устала от комедий, — мне всегда были ближе драмы, — маленькие житейские драмы, чисто обывательские трагедии. В последнее время невольно продумываю, как бы я сделала тот или иной отрывок, рассказ или стихотворение. И при этом никак не могу отделаться от побочной, но весьма навязчивой мысли, что не могу, просто не имею права навязывать кому-либо из партнёров по сцене своих сентиментальных сентенций, что мои объятья для них будут неприятны и даже противны. Я сама себе стала противна до такой степени, что пришлось разворошить свой НЗ (неприкосновенный запас) непрочитанных книг Ремарка, а ведь хранились они на самый крайний случай. Вряд ли это он. В любом случае придётся вернуться к своего рода клоунаде, — сумасшедшим старухам, хроническим алколичкам и уродливым старым девам. Я видимо рождена не для того, чтобы играть героинь —  ни в жизни, ни на сцене...