Было время, когда у меня было множество друзей. По крайней мере, мне так казалось. Всё потому, что я практически в каждом втором знакомом видела друга, всегда находя в нём что-то похожее и близкое мне самой. Теперь всё изменилось. Я стала относиться к понятию дружбы почти также серьёзно и придирчиво, как к любви (с последней у меня по крайней мере недоразумений никогда не возникало). С некоторых пор меня перестали особенно интересовать другие люди. И хотя мне до сих пор всё же приходится поддерживать несколько не слишком обременительных приятельских связей (в основном, из боязни обидеть хороших людей), в общем и целом, можно сказать, что и в данном отношении я не менее одинока и потеряна, чем во всех остальных. И чем дальше, тем безлюднее становится моя жизнь. Правда, именно этот аспект одиночества меня похоже ничуть не смущает, — напротив, я всё больше удовольствия нахожу в уединении, всё чаще тяготясь чьим бы то ни было обществом. Виню я в этом в основном неюношеский возраст, а также, пожалуй, неискоренимую и всевластную силу привычки, которая в последние пару лет по-видимому ведает всеми моими жизненными приоритетами...